«Знаем. Помним. Храним»

«Знаем. Помним. Храним»
Вот о «Знаем» и хотелось бы поговорить. Так уж получилось, что всё чаще и чаще, порой и незнакомые мне люди, обращаются с просьбой найти хоть какие-то сведения о своих предках, живших до Великой Отечественной войны в краях наших, и работавших на бумажной фабрике.

«Помню, родные говорили, что мой прадед работал на фабрике. Остались записи двоюродной тёти о том, что жили они до войны в деревне Ванга-Мыза». Хорошо, что живы наши многоуважаемые старые коммунаровцы, дай Бог им здоровья и сил, благодаря которым и удаётся иногда найти ответы. Но, к сожалению, всё чаще и чаще на звонок старожилу посёлка и окрестностей отвечает незнакомый голос: «А дедушка умер». Прерывается ещё одна нить живой связи с прошлым дома нашего.

Может и поэтому тоже, не скажу, что часто, но иногда ставят в тупик вопросы молодого поколения коммунаровцев. «Знаю, что мой прадед похоронен в братской могиле у бумажной фабрики, на берегу Ижоры. И на памятнике есть его фамилия. Хотелось бы больше узнать о нём».

Нет братской могилы у фабрики. Почему возникают такие вопросы? Не знаю. Установлена у памятника табличка с кодом, наводи камеру, читайте. Это теперь просто. Возможно, мы мало говорим о том жестоком времени с молодёжью? Или говорим не так? Не теми словами и без души и боли?
Да нет. Мы же сами, наше поколение, помним наших родителей и соседей, участников Великой Отечественной. Помним звёздочки на заборах у их домов. Мы знали, что здесь живёт солдат… Значит тут нужна наша помощь. Не было у нас встреч с ветеранами в школах. Но были встречи каждый день на улице, у магазина и колонки с водой. Мы помогали гурьбой перебраться через дорогу соседу дяде Мише, а передвигался он на доске с подшипниками вместо колёс… Такая тогда у него была инвалидная коляска.

Может, нужны другие встречи молодёжи с людьми, которые ещё могут рассказать о том жестоком времени? Выйти на улицы города Коммунара с ребятами, но провести экскурсию по улицам населённого пункта при бумажной фабрике «Коммунар» начала 1940-х годов? Васина деревня, пруд, огороды на дне пруда в первый год после освобождения в 1944 году. При отступлении немцы взорвали плотину, и вода ушла.

Дом Грабовского: в мае 1945 года в доме находилась контора восстанавливаемой фабрики, у открытого окна собрались первые вернувшиеся из эвакуации коммунаровцы, слушали по радио известие об окончании войны.

Фабричный клуб… В подвале клуба уже в конце августа 1941 года прятались от обстрелов и бомбёжки не успевшие эвакуироваться мирные жители. Немецкий солдат ногой открыл в один из сентябрьских дней дверь пожарного выхода из подвала, и открыл огонь из автомата по женщинам и детям.

В годы оккупации фашисты в клубе держали лошадей. Была у немцев ещё одна конюшня – в здании детских яслей, в тогда одноэтажном здании нынешней музыкальной школы. Уже после войны в здании расположится комендатура лагеря военнопленных. В 1950-х годах на здании довоенных яслей надстроят второй этаж и в посёлке Коммунар появится своя больница. Но это будет потом, а в голодном 1941 году у немецкой конюшни голодные дети будут собирать просыпанный овёс с земли. Голод косил людей.

Оккупанты не только запустили в работу фабричную котельную, но начали в довоенной пекарне выпекать хлеб для своих солдат. Местная детвора собиралась у пекарни, а находилась пекарня тогда на месте дома, что сегодня стоит за зданием почты, и вдыхали запах свежеиспечённого хлеба. Кружилась от такого запаха голова, покидали голодных ребят последние силы, но не уходили – ждали чуда. Немец хлебопёк выбрасывал в окно забракованные кирпичики хлеба и с восторгом наблюдал, как голодная детвора делит неожиданный подарок.

Деревня Местелево. Сегодня это Сельская улица нашего города. Первым в деревне сгорел дом, стоящий у самого моста. Уходили люди из Красногвардейска и окрестностей города, бои шли уже у города, не только по дороге на Слуцк, плыли редкие лодки и плоты и по нашей Ижоре. В больнице в Васиной деревне люди пытались найти помощь больным и раненым. Не было в больнице уже ни больных, ни врача. Прошла эвакуация. Помогали беженцам фабричные женщины, успевшие окончить курсы медсестёр, организованные на фабрике в первые дни войны. Люди пытались в те жестокие сентябрьские дни спасаться от бомбёжки и обстрелов в окрестных лесах, в землянках пережидали беду. Возвращались в дома, в лесу с детьми малыми не выжить. Первая бомба упала на дом, тогда стоявший где-то в районе нашего Дома быта.

Два старых дома в начале улицы Школьной стоят друг против друга. Дома постройки 1940 года. В одном из них сегодня находится контора строительной организации, в другом, поколение за поколением, так и живут люди. Разве что прервала эту цепочку война.

Ещё видны на земле коммунаровской следы противотанкового рва, который должен был преградить дорогу немецким танкам. Копали ров всем миром, основной рабочей силой были наши женщины, ведь их мужчины уже были на фронте. Во рву при обстрелах прятались люди. А уже после войны хозяйственные наши земляки на склонах рва строили свои погреба.

Фамилии и инициалы на памятнике коммунаровцам, погибшим в годы Великой Отечественной войны. Что мы знаем о земляках? Мало, очень мало. Даже имён их большинство из нас не знает. А ведь известны не только имена многих из этого скорбного списка, есть сведения о том, когда родились, где работали, когда и где погибли. Есть, но мы не знаем. Почему? Список длинный.

Козлов Георгий Александрович. Инженер. В составе диверсионной группы целый год действовал в тылу врага в наших местах, в районе реки Ижоры от Колпино и до Красногвардейска. Погиб в 1945 году в Чехословакии.

Мартынов Яков Иванович. Родился в1918 году. Пропал без вести в 1944 году.

Баранов Алексей Михайлович. 1918 года рождения Водитель мотовоза. Танкист. Лейтенант. Пропал без вести в декабре 1941 года.

Клубок Иосиф Яковлевич. Сменный мастер. Рядовой. Убит 10 декабря 1942 года.

По замыслу строителей памятника, посаженная у памятника белая берёза в два ствола символизирует тесную связь коллективов двух бумажных фабрик, «Коммунар» и «Комсомолец», которые в трудные для страны годы войны понесли тяжёлые потери. Могилы погибших земляков разбросаны по просторам нашей страны и далеко за её пределами.
Муранов Пётр Андреевич. 1906 года рождения. Начальник ВУС. Погиб в 1942 году.

Соколов Виктор Васильевич. Сеточник. Погиб в 1942 году.

Трацевский Николай Демьянович. 1913 года рождения. С 1937 года работал на фабрике шофёром. Погиб 8 апреля 1944 года.

Щенников Константин Ильич. 1915 года рождения. Электромонтёр. За борьбу с финской белогвардейщиной был награждён медалью «За Отвагу». Погиб в 1942 году.

Яковлев Евграф Александрович. 1906 года рождения. Столяр. Его дом стоял на улице Леншоссе. Рядовой. Пропал без вести в октябре 1941 года.

В списке сегодня 150 фамилий…

Очень хотелось бы, чтоб эти слова: «Знаем. Помним. Храним» звучали в устах наших одинаково весомо и значимо. Значимо и для нас, и для потомков наших. Ведь не зря говорили издавна на Руси: «Забывший прошлое, не имеет будущего».

Текст: Сергей Владимирович Богданов, Совет ветеранов города Коммунара