Вспоминает житель Коммунара Круглов Николай Иванович:

Вспоминает житель Коммунара Круглов Николай Иванович:

«С Витькой Степановым мы познакомились в 1948 году. Познакомились, как это и бывает иногда в мальчишеской среде, в драке. Понравился ему мой ремень с бляхой, да кто же просто так такое богатство отдаст. Второй раз увиделись мы с Виктором уже у нас дома, в Покровке.
Витька к нам пришёл со своим отцом Степановым Василием Петровичем. Наши папы, как оказалось, работали вместе в пожарной охране фабрики. Нас с Виктором в посёлке тоже называли пожарниками, и мы этим гордились. Так и началась наша дружба.

Вместе ходили на рыбалку, на самодельную острогу – вилку привязывали к палке, на отмели в Ижоре бычков нанизывали. Вместе пасли на лугу за рекой коров. И хулиганили на пару. Делали поджоги, между двух сковородок из свинца катали дробь. Плавали на лодке, принадлежащей пожарной охране по Ижоре, рисовали карты озера и реки. «Норд-ост под горбатый мост», «Вест-ост под сельповский мост». Да-да, в то время можно было проплыть и за сельповский мост. Вместе и в музыкальном кружке в детском секторе занимались.

Однажды нам доверили подвесной мотор, да что-то не заладилось, решили прогреть свечи. Закончилось прогревание тем, что вспыхнула банка с бензином, загорелась рубашка на Витьке. Я поддел горящую банку ногой, пламя попало на меня и на крыльцо дома. Спасли нас мужчины, время было обеденное, шли они домой с фабрики на обед. Ожоги наши лечила бабушка, мотор у нас забрали, так и не осуществились наши мечты погонять по реке на моторной лодке.

Зимой на пруду гоняли шайбу самодельными клюшками. Проваливались, сушиться бегали в подвал клуба. На коньках катались по очереди. Цеплялись крюком из проволоки за борт проезжающей машины, и на листе железа ехали по улице, пока водитель не остановит машину и нас не прогонит. Катались на крутой горке между двух плотин у самой фабрики. Сколько рук было переломано на той крутизне, а всё равно катались. Да и взрослые по пути на работу вспоминали детство и лихо скатывались к самой реке.

Ходили летом на пару с Витькой к Красной будке за гоноболью и черникой. Дальше в лес без взрослых ходить боялись. Хватало в лесу оставшихся после войны боеприпасов. Ребята постарше приносили из леса и порох, и оружие, и патроны.

Летом пропадали на стадионе. На другом берегу был небольшой песчаный пляж, бегали купаться и на арыки, так мы называли озёрца, оставшиеся на месте старого русла реки. Там вода прогревалась быстрей, было мелко.

Время шло, Виктор окончил семь классов. Отец устроил его учеником слесаря на фабрику, учёбу друг мой продолжил в школе рабочей молодёжи. Окончил десятилетку, получил права и уехал в Якутию. Работал на автомашине МАЗ-200, гонял по заснеженным трасам Якутии, где один населённый пункт находился порой в ста километрах от другого. Случись что на дороге, помощи ждать не откуда. За рулём сидел Виктор в валенках и шубе, кабина не обогревалась. Призвали в Армию, служил в Уссурийской тайге, десантник.

После демобилизации Виктор вернулся в посёлок Коммунар, а работал водителем на прокладке линий электропередач. Ездил по всему Северо-Западу страны.

Вот и привёз однажды Витька в Коммунар клетку с маленьким медвежонком. Было это весной 1966 года. Рассказывал, что где-то на трассе в Карелии они с напарником увидели двух медвежат. Сидели те на дороге, завидев машину, в лес не убежали. Мать их то ли охотники застрелили, то ли другая беда случилась. Решили ребята, что негоже малышей оставлять на верную погибель, забрали с собой.

Так и появился в небольшом посёлке бумажников лесной житель. Клетку Виктор установил у своего дома, на углу улиц Бумажной и Леншоссе. На вид косолапому было месяца 2-4. Большой палец брезентовой рукавицы служил Маше, так назвали медвежонка, соской. Если долго к клетке не приходил или Виктор или я, она поднимала шум на весь посёлок. Ревела, пока кто-то из нас не приходил с угощением. Кормить бурую красавицу приходили все: и взрослые, и дети.

Хлеб и рыба, овощи и сладости, ни от чего не отказывалась Маша. На поводке выводили медвежонка на прогулку, гуляла наша Маша на лужайке у дома номер 6 на Садовой улице. Собиралась на лужайке поселковая детвора и под нашим присмотром играли ребята с медвежонком. Сколько у ребятни было радости!

Время шло, Маша подрастала быстро, надо было решать её дальнейшую судьбу. Попытались пристроить медвежонка в зоопарк, не получилось. Виктор опять уехал в командировку, так и не сказав мне, что будет с Машей дальше. Однажды вечером, вернувшись с работы с угощением для нашей любимицы, клетки с Машей у дома Виктора я не увидел. Виктор, вернувшись из командировки, так мне и не сказал, куда увезли медвежонка».

Вот такая история о посёлке 1960-х годов и о медвежонке Маше. А закончил свой рассказ Николай Иванович просьбой к землякам. Если кто-то из рассказов старшего поколения коммунаровцев помнит историю о медвежонке Маше, поделитесь воспоминаниями. Вдруг и фотография есть?

Текст Сергея Владимировича Богданова

#коммунарпомнит